Дата рождения:

28.11.1979 г.

Дата смерти:

28.11.1979 г.

Дополнить информацию о ветеране

Родился 4.08.1909 г. в Одессе. Отец — рабочий, работал на табачной фабрике в Одессе, отец погиб в 1914 г. — авария в цехе. Во время голодовки мать вынуждена была отдать его в сиротский приют (детдом). Затем в период НЭП (новая экономическая политика) работал на побегушках у хозяев, помогая матери с маленькой сестрой. В 1926 г. был председателем правления клуба ≪КИМ≫ (Коммунистический интернационал молодёжи), объединявшего молодёжь многих профшкол. В 1927 г. окончил известное в Одессе ремесленное училище ≪Труд≫ (так оно называлось до революции, а потом — профшкола ≪Металл≫ № 1). Получил среднее образование и специальность токаря. В 1928 г. в Кривом Роге работал откатчиком вручную на железорудной шахте. Вернувшись в Одессу, поступил на работу на большой завод киноаппаратуры — ≪КИНАП≫. Вначале — токарем, потом — секретарём комсомольской организации завода, совмещая эту должность с основной работой. В 1930 г. вступил в партию ВКП(б) и позже стал освобождённым заместителем секретаря парторганизации завода. В армию был призван в 1931 г. После года службы, по приказу Народного комиссара обороны К.Е. Ворошилова, был переведён в кадровые военные. В 1932 г. получил первое назначение в город Николаев в отдельный батальон связи, где начальником был брат Постышева. 17 сентября 1939 г. дивизия была направлена ≪освобождать≫ Западную Украину. В начале 1940 г. переведён в Белую Церковь начальником отдела в штабе корпуса. В июле 1940 г. направлен на должность комиссара 8-го мотострелкового полка в составе танкового корпуса во Львов в звании майора (две шпалы в петлицах). Назревала война. Полк дислоцировался под Львовом недалеко от границы с Германией. Отец побывал дома дня за три до начала войны. Больше мы его не видели. Тогда 19.06.41 г. посадили немецкий самолёт, и на допросе лётчик сказал, что войну начнут 21-го июня. 19.06.41 г. воинские части, где служил отец, передвинули к самой границе. Рано утром 22 июня Львов бомбили. Благодаря тому, что корпус, по инициативе командира корпуса (вопреки указаниям сверху), успел передислоцироваться, все бомбы били по пустырям, где ещё недавно располагались воинские части. Границу удерживали восемь дней, Львов был взят лишь 30 июня. Непосредственно перед этим отец с уходящими частями выходил из Львова. На броневике подъехал к нашему дому узнать, что снами. Открыл люк броневика, чтобы выйти. Но из окон верхних этажей дома поляки стали стрелять. Развернули башню броневика, отъехали немного и из пушки успокоили стреляющих. К броневику подошёл наш дворник поляк и сказал, что пани ≪комиссаржевска≫ — комиссарша — с сыном уехали. Мы с мамой с трудом попали в последний товарняк, который недалеко от Львова обстреляли поляки с немецкой десантной группой. Затем сплошные бомбёжки по дороге. Отступали с тяжёлыми боями. В июле 1941, когда были убиты командир полка и начальник штаба, заместитель командира полка по политработе М.А. Дубенский вывел полк из окружения, сохранив знамя и основную часть личного состава с минимальными потерями. 13 июля во время этой операции отец был тяжело ранен пулемётной очередью из пикировавшего на него самолёта. Был доставлен в Харьковский госпиталь ЭГ 1025 (эвакуационный госпиталь). За эту операцию в июле 1941 г. отец был представлен к ордену Боевого Красного Знамени. Перед захватом Харькова госпиталь был эвакуирован в г. Кировабад (Азербайджан) и получил там номер ЭГ 1554. Ещё до ранения об отце в газете была напечатана статья ≪Комиссар Дубенский≫. Опубликована она была в августе 1941 г. Листок со статьёй сохранился. Он передаёт обстановку и дух того времени, работу и роль комиссара. Приходилось быть добрым и строгим отцом, судьёй и прокурором в зависимости от обстоятельств. Первое столкновение с немцами на границе отцу особенно запомнилось. Под напором лавины наступающего противника, психологическое напряжение было огромным. В такие минуты массы людей могут быть направлены в противоположные стороны в зависимости от поведения лидера. И тут кто-то выскочил из окопа и с раздирающим криком ≪спасайтесь!≫ бросился бежать. Люди дрогнули, и многие пустились вслед за ним, вовлекая остальных. Комиссар кричал — ≪Назад!≫, никто не слушал. И тогда он застрелил паникёра или провокатора. Люди остановились, и вместе с комиссаром удержали позицию. Это вселило в людей уверенность в свои силы, а у отца, как он говорил, волосы под фуражкой встали дыбом, и он долго не мог прийти в себя. Это осталось на всю жизнь. Чувство долга и ответственность за жизнь людей определили поступок в тех обстоятельствах. После госпиталя в марте 1942 г. отец с негнущейся ногой, опираясь на палку, был направлен начальником политотдела 10-й запасной стрелковой бригады в Краснодарский край. Я его провожал. Вновь разлука перед фронтом. Будет встреча или нет? Что нас ж��ёт за горизонтом – Слёзы бед иль свет побед? Долго мы трамвая ждали. Молча порознь стояли. Не идут никак слова. Выдержка не подвела По-мужски пожали руки. Обнялись. Один — комар, А другой — уже бывалый Батальонный комиссар. Сердце сжалось, сжаты губы, В горле ком застрял с кулак. Лишь скрипят, скрежещут зубы. Удержаться бы хоть как. А когда уехал папа, Сын от боли горько плакал. Из Краснодарского края написал рапорт начальнику политуправления Центрального фронта генерал-майору Галаджеву с просьбой разрешить перевод на передовую. Ниже представлен сохранившийся оригинал заявления с резолюцией генерала Галаджева. В конце декабря 1942 г. был представлен к награждению медалью ≪За оборону Сталинграда≫, а затем за оборону Сталинграда получил второй орден Боевого Красного Знамени. Подполковник Дубенский, 1942 г. Наконец, сработало обращение к генералу Галаджеву, и отцу пришло предписание о назначении в 399-ю дивизию в составе 48-й армии Белорусского фронта. Это уже была передовая. Оригинал предписания представлен ниже. В 1944 г. в звании подполковника, в должности зам. командира 399-й стрелковой дивизии, возглавил в отсутствие командира дивизии и начальника штаба форсирование реки и захват важного укреплённого района. Эта операция отражена в книге: ≪Сборник боевых документов Великой Отечественной войны≫ По окончании войны отец обратился к маме с просьбой разрешить отправить меня к нему на период летних каникул. Решение было не простым. Во-первых, небезопасно, во-вторых, были сомнения, не скрыто ли за этим приглашением что-то другое? Вдруг там у него кто-то есть (другая)?! Тем не менее, мама согласилась. За мной приехал ординарец. 3-го июля 1945 г. я был уже в Германии, в Прейсиш-Холанде, под Эльбингом. Тогда ещё в Восточной Пруссии часть немецких подразделений действовала по-партизански. Я видел разбитый Кёнигсберг и многое другое. Встреча — взрыв, бежим друг к другу, обнялись, сердца горят. А военные по кругу улыбаючись стоят. На глазах у многих слёзы. Каждый с думой о своём. Живы ль нет, пройдя сквозь грозы, дети, жёны, отчий дом. 7 ноября 1945 г. отец приехал из Германии в Кировабад, где я с мамой жил в эвакуации. Оттуда поехал в Москву за назначением. Направили начальником политотдела дивизии в г. Кемь Карело-Финской ССР. Из Кеми — под Пензу, в Каменку-Белинскую на такую же должность. Оттуда уже поступил и закончил с отличием академию им. Ленина в Москве, точнее — в Перхушково, где во время войны был Генеральный штаб. По окончании был направлен в Иркутск начальником отдела в штаб Восточно-Сибирского военного округа. В 1953 г. округ был расформирован. Многих отправили в отставку или в запас. Отцу тогда было 44 года, диплом об окончании Академии им. Ленина (высшее военное образование), множество высоких наград, четыре года войны на передовой, тяжёлое ранение. Поехал в Москву за назначением в ГЛАВПУР — Главное политическое управление. Кадрами ведал Л.И. Брежнев. Отец был у него на приёме, Брежнев сказал, что подумает, нужно зайти через несколько дней. Зашёл, сказали, что он уже не работает, уехал в Казахстан Первым секретарём ЦК. Отец пошёл на выход, его окликнули, вспомнив, что Брежнев оставил для него пакет. Оказалось, что это было назначение заместителем начальника Всесоюзных высших курсов усовершенствования офицерского состава в Грузии, в г. Гори. В этот период, после смерти Сталина, в Грузии возникли волнения, которые в Тбилиси завершились стрельбой на поражение, были погибшие. Затем всё перекинулось в Гори, туда добирались из Тбилиси и окрестностей. В центре Гори на площади у памятника Сталину собралось порядка 100 тысяч 48 человек. Был организован палаточный городок, у многих было оружие. Назревали серьёзные события. Был приказ сверху: ≪Штыком и прикладом≫, затем — право использовать огнестрельное оружие. Был привлечён танковый батальон, приданный курсам. Танки окружили площадь. Отец сумел предотвратить кровопролитие в Гори. Он с помощью местного руководства городом пригласил из Тбилиси влиятельных людей, которые всю ночь уговаривали повстанцев прекратить бунт. Обошлось. Отцу за это выделили участок для дома в Сухуми у моря. Он стал депутатом горкома партии в Гори. После службы в Гори ушёл в запас и отставку, а затем перебазировался в Одессу в 1965 г. на том основании, что оттуда призывался в армию. В Одессе устроился на работу в институт ОИИМФ (Одесский институт инженеров морского флота) на военную кафедру, где некоторое время читал лекции ≪Политработа в войсках≫. Короткое время был секретарём парткома института. Затем стал заведовать кабинетом истории института. Читал лекции студентам по этой теме, написал книгу по истории института. Инициировал создание мемориала памяти выпускников института, погибших во время войны. Отец был награждён орденами: Ленина, тремя — Боевого Красного Знамени, Богдана Хмельницкого 2-й степени, Отечественной войны 1-й степени, двумя орденами Красной Звезды и многими медалями, в т. ч. ≪За боевые заслуги≫, ≪За оборону Сталинграда≫, ≪За взятие Кёнигсберга≫ и другими. В документальной книге ≪Освобождение Белоруссии≫ отмечено, что начальник политотдела 399-й дивизии в составе 2-го Белорусского фронта подполковник Дубенский М.А. принимал участие в освобождении Белоруссии от начала до полного завершения операции.