Родился в г. Красноярске. Восемнадцатилетнего Бориса призвали на фронт 2 июля 1941 года. Из воспоминаний Бориса Александровича: «Попали мы под Воронеж. Не ус��ели выгрузиться, как наш состав разбомби-ли. Так для меня началась война. В годы войны я был в авировском дивизионе – дивизион артиллерийской разведки. Проводил расчет данных для стрельбы. Контрбатарейная борьба. Разведка – глаза и уши артиллерии. Артиллерист может цель уничтожить, только когда видит или слышит куда стреляет. В нашем полку стояли на во-оружении 122-миллиметровые пушки и 152-миллиметровые пушки-гаубицы. Мы вели контрбатарейную борьбу. Надо было засечь батарею противника. А что такое в лесу засечь артиллерийскую батарею? Это очень трудно. На де-ревьях, на высоте примерно 20 метров, устраивали наблюдательные пункты, строили гнезда примерно на три-четыре человека. Наблюдали. Засекали. Определяли координаты и передавали на батарею. Для того чтобы все было оперативно, устанавливали круглосуточное дежурство. Были с нами офицер, разведчик и связист с телефоном. Дежурили по три-шесть часов. Холодно было – не передать как. Как только заработала батарея противника, мы сразу привязывали координаты цели к местности и сообщали командиру дивизио-на». С огорчением рассказывает Борис Александрович, как в начале войны катастрофически не хватало на фронте снарядов: «Понимаешь, у нас была определенная норма – три-четыре снаряда на орудие в сутки. Все! Иной раз вижу цель, но не могу ее подавить. В конце войны, в 1944-м, стало больше снарядов, но до этого мы мучились. Были такие случаи, когда 30–40 снарядов выпустишь, а по нашей батарее немцы выпускают 300–400! Связь-то на проволоке держалась! Значит, батарея без связи. Мы сначала хлебнули горя! А потом приспособились и стали делать укрытия. Объявили о победе нам на марше. Куда-то нас перебрасывали, потом мы наступали. Когда сказали о победе, мы сначала и не поняли. Потребовалось несколько дней, чтобы мысль эту в полной мере осознать, да и бои продол-жались. Берлин взяли, а мы-то воевали до 18 мая». Демобилизовавшись в октябре 1945-го, вернулся Борис Александрович в родной Красноярск. «Так странно поначалу было, когда хочешь – спишь, когда надо – ешь. Ни взрывов, ни выстрелов. Живешь, как в вакууме. Долго я в себя приходил. По-сле войны пришлось жизнь начинать заново: ни специальности, ни работы…». Старший сержант 303-й стрелковой Верхнеднепровской Краснознаменной дивизии Борис Сиротинин прошел героический путь. От Воронежа до Праги пролегли его фронтовые дороги. Дивизия принимала участие в боях на тер-ритории России, Украины, Молдавии, Румынии, Венгрии, Австрии, Чехосло-вакии. Он форсировал 20 крупных рек, освобождал 28 крупных городов. В годы войны Борис Сиротинин был награжден орденом «Отечественной войны второй степени», имеет два ордена Красной Звезды, медаль «За отва-гу» и «За боевые заслуги». Победу встретил в Австрии. Пошел трудиться на цементный завод, получил образование. После, решени-ем главка, перевели Бориса Сиротинина на «Ангарскцемент». С 1966-го по 1992 год работал он начальником отдела труда и заработной платы, уйдя на пенсию только в 70-летнем возрасте.